Статья содержит предысторию и мотивацию персонажа, реконструированную из обсуждений. Личностный профиль и Воля пока не проработаны — см. раздел Вопросы на проработку.
Мажорное: Разум · Минорные: пока не определены
Геллерт Гриндевальд — величайший маг Разума своего поколения, ученик Дурмстранга, изгнанный из школы за отношения с наследником одного из аристократических родов. Личная катастрофа юности запустила в нём десятилетия холодной, рациональной ярости — и в итоге привела к сознательному, целенаправленному созданию нового Основания. Искра родилась не как случайное открытие, а как спроектированный ответ мага Разума на несправедливость мира построенного на крови и происхождении.
В школьные годы Гриндевальд был влюблён в наследника одного из аристократических магических родов Германии — юношу с характером и идеалами удивительно похожими на Альбуса Дамблдора: тот же тихий пафос Света, та же вера в Просвещение и заботу об угнетённых. Гриндевальд, ещё не сформировавший своих убеждений, регулярно слышал от него разговоры о равенстве и переменах — и неизменно отвечал в духе «это не про нас, мы аристократия, мы живём по другим правилам». Юношеская влюблённость, стандарты красоты и первая настоящая близость сделали этот контраст особенно острым — Гриндевальд видел, к чему тянется его возлюбленный, но сам ещё не был готов пойти следом.
Друг пытался заниматься меценатством и другими «глупостями юности» — и закономерно на каждом шагу сталкивался с сопротивлением системы. Гриндевальда это тогда почти не трогало — так, краем внимания.
Отношения были раскрыты. Глава рода возлюбленного и остальная аристократия скооперировались и добились исключения самого талантливого мага поколения из Дурмстранга — разрушив ему все шансы на будущее в Германии. Семье Гриндевальда тоже досталось: осуждение и потеря влияния. Самого возлюбленного спешно и без его согласия обручили — на молодую пару наложили направленную Амортенцию, привязав его к невесте против собственных чувств.
Изгнание Гриндевальда травило не в одиночку, а всем скопом — это важная деталь: поддержки он не нашёл даже дома. Система в его понимании оказалась устроена так, что ни один отдельный человек не может её изменить или защититься от неё — только заменить одного хозяина/раба на другого, пока сама система остаётся прежней.
Со шлейфом подмоченной репутации и разрушенных перспектив Гриндевальд бежал через пол-Европы в Британию. Там, в поисках хоть какой-то опоры, он попытался обратиться в суд по поводу несправедливости, совершённой над ним — и там же столкнулся с новым витком того же самого: был подставлен и оклеветан повторно. Шаткое положение даже здесь, вдали от дома, стало последним подтверждением того, что несправедливость — не немецкая особенность, а системное свойство мира магической аристократии в целом.
Именно этот второй удар — не первая потеря, а её эхо — превратил личную травму в холодную ярость, которой пылает разум. Гриндевальд по натуре человек деятельный и прагматичный: столкновение со дном не вызвало у него жалости к себе или к другим угнетённым — оно вызвало ярость и решение действовать. Смирение и приспособленчество были не для него.
В Британии он встретил Альбуса Дамблдора — и узнал в нём почти зеркальное отражение своего первого возлюбленного: те же идеалы, та же вера в Свет и Просвещение. Но теперь, обжёгшись, Гриндевальд подошёл к этому иначе — не как влюблённый подросток, отмахивающийся от чужой идеологии, а как маг Разума, увидевший в ней рабочую гипотезу.
Вместе с Дамблдором он взялся исследовать, почему маги вообще устроены так, как устроены — начал складывать то, что позже станет теорией Оснований: какие Основания при каких исторических обстоятельствах возникали. Для Дамблдора это было отчасти академическим и философским интересом. Для Гриндевальда — практическим: если Основания рождаются из исторических сдвигов, значит, их можно спроектировать намеренно.
Он стал лидером угнетённых по обе стороны — и чистокровных изгоев, и магглорождённых — по образцу Наполеона и рождения Звезды. Именно отсюда, предположительно, растёт его каноничное безразличие к происхождению последователей: он видел не кровь, а несправедливость структуры, из которой ни один отдельный человек не может выйти сам.
Ещё в этот период Гриндевальд попытался напроситься в ученики к Николасу Фламелю — рассчитывая на источник знаний и ресурсов для своего плана переустройства мира «ради общего блага и личной мести одновременно». Фламель, взглянувший на него, отказал без долгих объяснений — старик предпочёл остаться в стороне от макиавеллиевского пыла молодого гения. Это стало ещё одним отвергнутым подходом к системе легальными путями — и ещё одним аргументом в пользу того, что перемены придётся производить силой.
К моменту, когда Гриндевальд окончательно сформулировал план, он уже понимал: новое Основание — Искра, парадигма безусловной ценности каждой отдельной жизни — не появится само по себе быстро. Нужна была достаточно мощная петля обратной связи между реальностью и ноосферой (см. Основания — общая теория) — война, разрушение, эпизод достаточно жестокий и масштабный, чтобы вытравить из ноосферы старые парадигмы Трона и Земли, доминировавшие среди европейской аристократии.
Гриндевальд сознательно принял на себя роль «истинного дьявола» — развязал войну, зная, что она поглотит и его собственных союзников из числа старой аристократии. Потопить их вместе с собой было не побочным эффектом, а частью замысла: прополоть огород полностью, по всей Европе, любыми средствами.
Зная, что не доживёт до плодов своей работы обычным путём, Гриндевальд подстраховался — создал аналог Крестража и оставил доверенного слугу с чёткими инструкциями: не запускать ритуал возвращения раньше его собственной смерти в Нурменгарде.
Спустя годы после окончания событий Поттерианы в Британии появляется молодой обаятельный Гелиос Гринграсс — предположительно, из «утраченной» боковой ветви рода Гринграссов, вернувшийся на родину посмотреть, как устроились Гривы и как идёт распространение нового Основания.
Первый возлюбленный (имя не определено) — наследник германского аристократического рода, характером и идеалами напоминающий Дамблдора. Первая любовь Гриндевальда и косвенная причина его изгнания. Принудительно обручён и привязан Амортенцией к невесте.
Альбус Дамблдор — встречен в Британии после изгнания. Их отношения по канону были короткими (6–7 курс и немного после) — но интенсивными: совместные исследования природы Оснований, переписка. Дамблдор для Гриндевальда — второй шанс на ту же связь, которую он потерял, но пройденный не с позиции наивного подростка, а зрелого стратега.
Николас Фламель — отказал Гриндевальду в ученичестве. Зеркальная сцена по отношению к тому, как позже Волдеморт просился на позицию в Хогвартс.
- Имя и дальнейшая судьба первого возлюбленного — определить - Точный механизм Крестража Гриндевальда и условия активации ритуала — проработать отдельно, согласовать с общей механикой Крестражей (Сознание в ноосфере) - Статус «Гелиос Гринграсс» — насколько всерьёз эта сюжетная линия входит в основной план, или остаётся приколом для эпилога - Личностный профиль и профиль Воли (Когерентность/Витальность/Агентность) не проработаны — заполнить по аналогии со статьёй Арио - Связать с Рождение новых Оснований — насколько подробно дублировать историю здесь и там